Дальнейший путь Ковчега

Согласно «Кебра Нагаст», покинув Иерусалим, Менелик и сопровождавшие его лица добрались до Газы на израильском побережье Средиземного моря, где до сих пор существует город с тем же названием. Оттуда они, предположительно, последовали по хорошо известному торговому маршруту по северному краю Синайского полуострова в Египет, где вскоре добрались до берега великой реки. Здесь они сказали: «Оставим наши повозки, ибо мы прибыли к воде из Эфиопии. Это Тэкэзе, которая течет из Эфиопии и обводняет долину Египта».

Из текста понятно, что путешественники в этот момент все еще находились на территории Египта и, вероятно, недалеко к югу от современного Каира. Поэтому рекой, у которой они оставили свои повозки, мог быть только Нил. Между тем в тексте упоминается не Нил, а Тэкэзе.

Однако в этом нет абсолютно никаких противоречий. Дело в том, что Тэкэзе – действительно эфиопская река, которая берет начало в центре Абиссинского нагорья, недалеко от древнего города Лалибела, течет по извивающемуся руслу в северо-западном направлении через Симиенские горы, сливается с рекой Атбарой в Судане и в конце концов вливается в собственно Нил в нескольких сотнях километрах к северу от современного города Хартум, стоящего у слияния Голубого и Белого Нила.

Более того, эфиопы (которые, естественно, еще не были в курсе современного представления о том, какая река чьим притоком является) часто называли Тэкэзе Нилом, и наоборот. Подобное встречается, как пишет Хэнкок, в текстах IV века и в более поздних документах.

На протяжении всей известной истории именно этому водному пути отдавали предпочтение купцы и паломники, путешествовавшие между Эфиопией и Иерусалимом. Выбирая один водный рукав – Тэкэзе, они могли попасть в северные районы Эфиопии; а по другому рукаву – Голубому Нилу – можно было попасть на озеро Тана, где располагается остров Тана Киркос, на котором, по утверждению эфиопов, некогда находился… Ковчег Завета!..

О том, что данные водные пути использовались для связи двух регионов с самых давних времен, говорят те «пережитки древности», которые в Эфиопии можно увидеть и ныне. Например, в музее Аддис-Абебы, столицы Эфиопии, можно увидеть те же изогнутые подголовники, которые использовались вместо подушек в Древнем Египте.

Рис. 62. Подголовник из гробницы Тутанхамона

Правила древнеегипетской игры под названием «сенет» давно утеряны, а в Эфиопии эта игра была широко распространена еще буквально меньше сотни лет назад. Доски для этой игры в музее Аддис-Абебы лежат рядом со старыми фотографиями играющих в нее эфиопов. А по озеру Тана и вытекающему из него Голубому Нилу даже в наши дни оживленно снуют небольшие лодки из тростника, изображения которых хорошо известны по фрескам Древнего Египта (см. Рис. 23-ц).

Так что водный путь для Ковчега и перевозивших его лиц, который указывается в «Кебра Нагаст», возможен не только теоретически, но и практически…

Рис. 63. Доска для игры «сенет» в музее Аддис-Абебы

Однако в Эфиопию Ковчег Завета попал, судя по всему, не сразу. По пути была еще остановка в Южном (Верхнем) Египте. Менелик, будучи наследным принцем, скорее всего, отправился все-таки в Эфиопию (править-то кому-то надо было), а часть сопровождавших его лиц вместе с Ковчегом Завета по каким-то причинам застряли на весьма продолжительное время на острове Элефантина в Асуане.

Хэнкок приводит, например, такую историю, которую ему рассказал священник Рафаэль Хадане из числа так называемых «фалаша» (эфиопских иудеев):

«Кое-кто поговаривает, будто мы ведем свое происхождение от израильтян, сопровождавших Менелика, но я лично не верю в это. Согласно преданиям, которые я слышал в детстве, нашими предками были евреи, которые жили в Египте, прежде чем перебраться в Эфиопию… Покинув Израиль, наши праотцы не просто проехали по Египту. Они поселились там довольно надолго – на сотни лет. И даже построили там свой храм… в Асуане» (Г.Хэнкок, «Ковчег Завета»).

На острове Элефантина в Асуане раскопки ведутся уже много лет. Здесь буквально нагромождение остатков храмов и других построек самых разных времен (есть даже маленькая пирамида времен знаменитой IVдинастии фараонов). К сожалению, остатков иудейского храма обнаружить так и не удалось. Дело в том, что в свое время он был разрушен до основания, а на его месте позднее был выстроен древнеримский храм (см. Рис. 24-ц). Хэнкок приводит следующие слова археолога Корнелиуса фон Пилгрима из Немецкого археологического института:

«Мы надеялись найти что-нибудь там... под развалинами римского храма, построенного позже на месте иудейского. Но сейчас мы раскопали все фундаменты. И там просто нет ничего. Абсолютно ничего. Факт, что здесь в седьмом-пятом веках до н.э. существовало поселение евреев, но от него не осталось ничего для археологии, не считая нескольких жилых домов» (Г.Хэнкок, «Ковчег Завета»).

Рис. 64. Древние руины на острове Элефантина

Однако, хотя никаких остатков иудейского храма на острове Элефантина не найдено, археологи не сомневаются в том, что он здесь был. Более того, они не сомневаются и в том, что храм был посвящен Яхве. Тот же Корнелиус фон Пилгрим говорит:

«Это-то не ставится под сомнение. Какое-то время шла переписка между этим островом и Иерусалимом. Письма писались на черепках или свитках из папируса. Были найдены и переведены многие из них, и во многих из них упоминался храм Яхве на Элефантине. Этот факт четко подтверждается в историческом плане, и поэтому мы знаем с точностью до метра месторасположение храма, а также когда он был разрушен – это произошло в 410 году до н.э., и наконец, мы знаем, что более поздний римский храм был сооружен на месте иудейского» (Г.Хэнкок, «Ковчег Завета»).

Первые документы были найдены еще в начале ХХ века в ходе археологических раскопок, в которых принимал участие Р.Л.Монд. Были обнаружены многочисленные документы на арамейском языке, получившие известность как Элефантинские папирусы. В этих документах упоминается и храм, посвященный Яхве (это имя упоминается в текстах папирусов несколько раз), а священники в нем именуются коэнами (звание, которое могут носить только евреи из колена Леви).

Некоторые исследователи считают, что иудейский храм на острове Элефантина был чуть ли не копией Храма Соломона. Так, скажем, археологи пришли к выводу, что храм имел шестьдесят локтей в длину и двадцать локтей, а Библия указывает те же размеры для храма Соломона в Иерусалиме. Храм на Элефантине был покрыт крышей из кедра, как и храм Соломона, и т.д.

Однако есть и иная точка зрения. Так, например, в еврейской электронной энциклопедии утверждается, что «храм Яхве в Элефантине выглядел совершенно иначе: он был украшен каменными колоннами и плитами из камней, покрыт крышей из кедрового дерева и имел пять ворот на бронзовых петлях; в храме, среди прочего, находились серебряные и золотые сосуды. На алтаре приносили жертвоприношения и воскуряли фимиам».

А вот, что пишет Хэнкок:

«В этой связи следует заметить, что евреи на Элефантине явно считали, что Яхве физически обитал в их храме. Целый ряд папирусов говорит о нем, как о «сидящем» там. В Древнем Израиле (и во время скитаний по пустыне) считалось, что Яхве обитает там же, где и Ковчег, и эта вера была утрачена с признанием утраты Ковчега. Когда евреи на Элефантине говорили о божестве, физически присутствовавшем с ними, они вполне могли иметь в виду Ковчег» (Г.Хэнкок, «Ковчег Завета»).

До сих пор не установлено точное время строительства иудейского храма на острове Элефантина, хотя анализировавшие папирусы ученые потратили немало усилий на определение этой даты. Удалось установить, что уже к началу VII века до нашей эры на острове Элефантин обосновалась довольно большая еврейская община, состоявшая главным образом из гарнизона наемников, оплачивавшегося египтянами. На основе этой и другой информации ученые пришли к выводу, что храм на Элефантине должен был быть построен уже к 650 году до нашей эры.

Хэнкок считает это еще одним свидетельством того, что Ковчег был вынесен из Иерусалимского Храма не во времена Соломона, а позднее, потому что указанная дата, 650 год до нашей эры, приходится как раз  на время правления Манассии – царя, внесшего идола в Святая Святых Иерусалимского Храма. А это, по мнению Хэнкока, и послужило будто бы причиной выноса оттуда Ковчега Завета.

Однако любой храм требует немалого времени на свое строительство. И тем более немало времени требуется для создания храма, претендующего на звание «копии» Храма Соломона. И уж тем более, что его строительством должна была заниматься ограниченная по численности община, в то время как Соломон имел в своем распоряжении ресурсы целого государства. Так что существование храма на острове уже к 650 году до нашей эры говорит, скорее, не в пользу версии Хэнкока, а против нее.

Но в чем я полностью согласен с Хэнкоком, так это в том, что сам факт существования подобного храма представляет собой весьма экстраординарное явление, поскольку в иудаизме с древнейших времен укоренилось понятие, что «чужая земля нечиста, и поэтому на ней нельзя воздвигать храм Господу». И уж заведомо можно создавать лишь места для молитв, но никак не для жертвоприношений. Поэтому должна была существовать очень веская причина того, чтобы отойти от данного правила на острове Элефантина Нахождение же здесь Ковчега Завета вполне могло быть такой причиной…

И еще одно любопытное наблюдение Хэнкока:

«Одно из названий иудейского храма на Элефантине – МСГД, что означает «место, где падают ниц». И по сей день у фалаша Эфиопии нет синагог, как нет и храма, но свои скромные церкви они называют «месгид» (добавив гласные «е» и «и» к МСГД). В этом контексте также следует отметить, что именно в положении ничком – коленями к земле царь Соломон однажды молился перед Ковчегом Завета Господня» (Г.Хэнкок, «Ковчег Завета»).

Между тем ни в синагогах, ни даже у Стены Плача в Иерусалиме вы не увидите евреев, молящихся на коленях, – молитвы совершаются стоя или сидя…

После 410 года до нашей эры из Египта в Иерусалим было послано несколько писем, в которых сообщалось о разрушении храма на Элефантине и запрашивались средства и разрешение на его восстановление. Однако к этому времени Иерусалимский Храм уже считался единственным местом, где полагалось приносить жертвы, и просьбы из Элефантины были проигнорированы – «конкуренты» храмовому руководству явно были не нужны. Вся переписка внезапно прекратилась около 400 года до нашей эры. Судя по всему, иудеи покинули Асуан. И по мнению историков, совершенно очевидно, что у иудеев были большие неприятности с египтянами. Скорее всего, их просто вынудили бежать отсюда.

Эфиопский священник Рафаэль Хадане, упоминавшийся выше, так описывает эти события:

«В Египте шла большая война. Чужеземный царь, захвативший много стран, пришел в Египет и разрушил все храмы египтян. Но он не разрушил наш храм. Когда египтяне увидели, что от разрушения спасся только иудейский храм, они заподозрили нас в том, что мы перешли на сторону захватчика. Поэтому они стали преследовать нас и разрушили наш храм, а мы вынуждены были бежать… Наши праотцы сначала перешли в Судан через Мероэ, где находились недолго, будучи изгнанными новой войной. Тогда они разделились на две группы: одна поднялась по реке Тэкэзе, а другая – по Нилу. Такими путями они прибыли в Эфиопию, в Куару, что вблизи от озера Тана. Там мы и поселились. Там стали эфиопами. Поскольку мы оказались далеко от Израиля – хотя, находясь в Египте и Судане, мы все время поддерживали контакты с Иерусалимом, – мы потеряли эти контакты, и Иерусалим стал лишь частью нашей памяти» (Г.Хэнкок, «Ковчег Завета»).

Вот так Ковчег Завета, согласно эфиопским источникам, оказался на острове Тана Киркос, расположенном на озере Тана…

Рис. 65. Отвесные скалистые берега острова Тана Киркос

Остров Тана Киркос даже еще издали производит очень сильное впечатление своей необычностью. Он кардинально отличается от всех других островов на озере и выглядит как узкая вертикально вздыбленная стена, чем-то напоминая стены большой крепости, вздымающейся прямо из воды. Точки, где есть возможность причалить к берегу, можно буквально пересчитать по пальцам – во всех остальных местах наталкиваешься на гранитную скалу, уходящую вертикально вверх на много метров. И уже внешний вид острова наводит на мысль, что, если где-то в этих краях и хранился Ковчег Завета, то именно на Тана Киркос – природа явно постаралась для того, чтобы создать максимально защищенное естественное место.

Вдобавок, с высоты скал хорошо просматриваются окрестности, в чем мы смогли убедиться, еще даже не поднявшись на них, – когда мы только сошли на берег, нас уже встречали несколько монахов из общины, обитающей на острове. Они явно отслеживали нас еще на подходе к Тана Киркос.

Дело в том, что остров фактически принадлежит христианской общине. И сюда пускают далеко не всех – праздных туристов здесь не очень-то приветствуют. На нашей стороне было то, что мы заехали не просто полюбопытствовать, а прибыли в составе съемочно-исследовательской экспедиции, которую интересовала древняя история страны. И явно немалую роль сыграло то, что мы были из православной России, – вопрос о том, какого мы вероисповедания, задавался нам многократно и с заведомой настойчивостью. Так что мне, убежденному атеисту, приходилось прикидываться, что я совсем не знаю языков, и кивать в сторону товарищей, среди которых были те, кто менее негативно относится к вопросам религии.

Среди встречавших был помощник настоятеля монастыря, который оказался старшим по рангу из всех присутствовавших на острове (настоятель в этот день отсутствовал). И мы сразу же были поставлены в очень жесткие рамки – перемещаться можно было только в сопровождении монахов, в какие-то зоны было запрещено заходить вообще, фотографировать и снимать на камеру также можно было далеко не все. Вдобавок за съемки нам заломили буквально несусветную цену – в пять раз больше, чем это обходилось в других местах Эфиопии.

Зато перед нами распахнули двери старого храма, который ныне служит чем-то вроде хранилища (больше, правда, похожего на обычный чулан, в котором все свалено в бесформенную кучу) местных реликвий. В качестве этих реликвий нам были продемонстрированы, например, кресты (см. Рис. 25-ц), которыми крестили эфиопов еще в IV веке нашей эры, когда в стране вводилось христианство (до того в Эфиопии государственной религией был иудаизм!); «евангелие в рисунках» примерно того же периода и разная храмовая утварь. В какой-то момент помощник настоятеля протянул руку к полке, на которой стояло несколько древних церемониальных головных уборов, и сказал, что один из них является… «шапкой» самого Менелика!..

Рис. 66. Древние церемониальные головные уборы

Условия, в которых хранились эти реликвии, вызывали у нас сильные сомнения в достоверности слов помощника настоятеля монастыря. Мы привыкли к тому, что подобные столь священные предметы хранятся вовсе не в жалких лачугах (какой выглядел старый храм) на каком-то острове, а в тщательно защищенных и охраняемых подвалах или даже бункерах. Однако если учесть специфику Эфиопи и ту роль, какую играет в местной жизни религия и церковь, становится ясным, что именно такие условия хранения, как ни парадоксально, являются самыми надежными в этой стране. Вдобавок они совсем не обременительны для государственной казны и минимизируют риски, связанные с какими-либо общественно-политическими передрягами…

В завершении «экскурсии» помощник настоятеля провел нас к небольшому зеленому «домику» со стенками из листового металла, стоящему на самой высокой точке острова. Отомкнув замки, наш «экскурсовод» распахнул дверцы «домика» и продемонстрировал несколько невзрачных камней. По его словам, именно на них стоял в свое время Ковчег Завета, а в дальнейшем эти камни использовались в качестве «стола», на котором писались первые религиозные тексты, когда Эфиопия приняла христианство.

Стоит заметить, что Хэнкоку демонстрировали, видимо, те же самые камни с комментариями, что они служили жертвенным столом в те времена, когда Ковчег Завета был на острове Тана Киркос. И в этом на самом деле нет противоречий. Очень похоже, что монахи просто снесли все священные для них камни в одно место, чтобы укрыть их под защитой металлического «домика» от воздействия внешних факторов.

Рис. 67. Здесь стоял Ковчег Завета...

Согласно утверждению эфиопов, Ковчег Завета хранился на Тана Киркос в специальном «шатре» (или «скинии»?) на протяжении восьми сотен лет. Это был период господства иудаизма. Затем, с установлением в Эфиопии христианства, царь Эзана забрал его в город Аксум, где Ковчег Завета якобы хранится и в настоящее время…